Почему Деникин не подчинился Колчаку?

 

«Соревнование вождей»: почему Деникин не стал подчиняться Колчаку

И белоэмигранты, и многие историки считали рассогласованность в действиях различных белых армий одной из важнейших причин их поражения в Гражданской войне. По их мнению, ещё в 1918 году, пока большевики не успели создать мощную Красную армию, белые могли легко покончить с советской властью, если бы направили свои операции на одни цели и одновременно.

 

Единство идеологии

 

Справедливости ради, в 1918 году антисоветское движение раздиралось собственными противоречиями. Одни белые армии ориентировалось во внешней политике на Антанту, другие – на Германию. В одних был силён монархический настрой, в других – либеральный или региональный. И общего признанного общенационального лидера у белых не было.

В конце 1918 – начале 1919 гг. Белое движение начало приходить к «единому знаменателю». В Сибири взял власть вице-адмирал А.В. Колчак, объявивший себя «верховным правителем России». На юге России установилась «национальная диктатура» во главе с генерал-лейтенантом А.И. Деникиным. Оба исповедовали одну и ту же идеологию «единой неделимой России» и не предрешали тип будущего правления, объявив, что его установит, после свержения большевиков, сам народ на новом Учредительном или Национальном собрании. Оба вождя при этом не скрывали симпатий к конституционной монархии.

 

Соревнование вождей

 

Казалось бы, все препятствия для объединения усилий исчезли. Не тут-то было. В деле практического взаимодействия выявились неожиданные разногласия. Колчак в марте 1919 года начал наступление сразу на трёх направлениях: на Вятку и Вологду – на соединение с Северной белой армией; на Казань и Москву; на Уфу, Самару и Саратов – в сторону армий Деникина. Распыление сил ни к чему хорошему не привело, уже в мае 1919 года армии Колчака потерпели поражение и начали отступать. Когда армии Деникина осенью 1919 года смогли развернуть наступление на Москву, то в Сибири красные уже подходили к столице Колчака – Омску. Если бы Колчак направил свои усилия на одно направление – например, на соединение с армиями Деникина – то мог установиться единый фронт белых армий, и их стратегическое положение значительно улучшилось бы.

В свою очередь Деникин, зная о наступлении Колчака, также не спешил на соединение с его армиями. Весной 1919 года он сосредоточил основные усилия на овладении Донбассом и Крымом и на прорыве в Украину. В это же время П.Н. Врангель, командующий Кавказской армией, наступавшей на Царицын, настоятельно просил Деникина дать ему как можно больше войск. Он указывал на стратегическую важность этого направления как выводящего на соединение с Колчаком. Эти просьбы неизменно отвергались. Врангель взял Царицын после долгих тяжёлых боёв только в июне 1919 года, когда армии Колчака уже повсеместно отступали. За Волгой конные разъезды Врангеля установили связь с уральскими казаками, подчинявшимися Колчаку, но время для совместного наступления было уже упущено.

Мотивами такой несогласованности действий многие считают соревнование обоих вождей друг с другом: кто раньше войдёт в Москву. Деникин, стоявший у истоков Белого движения, не желал подчиняться Колчаку, появившемуся неизвестно откуда только осенью 1918 года и вдруг ставшему «верховным правителем». Колчак, вероятно, тоже осознавал, что его авторитет недостаточен для добровольцев Деникина.

 

Роль союзников

 

Уладить эту коллизию долго пытались союзники. Они, особенно английские эмиссары, приложили немало стараний для того, чтобы все белогвардейские вожди и правительства признали верховную власть Колчака. Аргумент обычно использовался такой: без формального единоначалия в Белом движении «белая» Россия не будет признана западными державами. В частности, её не пустят на Парижскую мирную конференцию.

В результате, 12 июня 1919 года Деникин на одном из банкетов в честь представителей союзников провозгласил, что признаёт Колчака в качестве «верховного правителя». В следующие дни появились соответствующие правительственные акты и распоряжения. Но… представительства на Парижской мирной конференции и дипломатического признания «белая» Россия так и не получила.

 

Разные взгляды на внешнюю политику

 

Из формального подчинения сразу тоже проистекли недоразумения. Так, из Омска начали слать в Таганрог, где была ставка Деникина, разного рода директивы и циркуляры. У Деникина на них не обращали никакого внимания, считая их совершенно не отвечающими условиям «белого» Юга. Колчак признал бывшего министра иностранных дел Российской империи С.Д. Сазонова, находившегося в Париже (кстати, его туда направил сам Деникин зимой 1918/19 г.), своим дипломатическим представителем. А Деникин с течением времени решил, что действия Сазонова не отвечают «достоинству великодержавной России», и стал вести собственную внешнюю политику, независимую от Колчака.

Из признания Деникиным верховной власти Колчака вытекало то, что он одобряет декларацию Колчака от 3 июня 1919 года. В ней «верховный правитель» провозглашал, что признаёт де-факто независимость Польши, Финляндии, Бессарабии, государств Прибалтики, Закавказья и Туркестана. Деникин же, помимо войны с большевиками, вёл также войну с Грузией, и независимость других отколовшихся частей Российской империи для него была нонсенсом, который следовало ликвидировать.

 

Разногласия во внутренней политике

 

Наконец, в гражданском правительстве Деникина тон задавали консерваторы и бывшие либералы, перешедшие под влиянием революции на консервативные позиции. У Колчака же правительство было более левое, в нём были и социалисты правоэсеровского толка. Деникин заискивал перед старорежимной бюрократией, монархически настроенным офицерством, помещиками и крупной буржуазией. В Сибири у Колчака представителей этих социальных классов было меньше. Его массовой опорой было крепкое крестьянство («кулаки») и казачество. На стороне Колчака воевала даже дивизия рабочих Ижевского и Воткинского заводов.

Можно отметить ещё и такую причину, как трудность с маневрированием войск вдоль фронта у Колчака. На Урале не было тогда путей сообщения, чтобы быстро перебросить войска с одного направления на другое. Наступление Колчака сразу по трём направлениям объяснялось сложившейся группировкой сил. У Деникина было больше возможностей для манёвра, но он ими не воспользовался.

Так что больше ответственности за отсутствие объединения белых сил несёт, по-видимому, генерал Деникин.

Ярослав Бутаков

Источник ➝

 

Понравилась статья? Поделись с друзьями! 

 

Куда исчезло золото Колчака?

 

 Тайна золота Колчака

К началу XX века золотой запас России был одним из самых крупных в мире. В 1918 году верховный правитель России, Александр Колчак, стал хранителем 490 тонн золотых слитков.

Уральская золотая лихорадка

 

В XVIII веке в России золото добывали преимущественно традиционным путем – в специализированных шахтах. Однако все чаще стали доходить сообщения о нахождении рассыпного золота, что можно фиксировать в документах той эпохи:
«1745 года мая 21 дня в здешней Канцелярии Главного заводов правления помянутый раскольник Марков… усмотрел между Становской и Пышминской деревнях дорог наверху светлые камешки, подобные хрусталю… Между оными нашел плиточку, как кремешок, на которой знак с одной стороны в ноздре как золото».

Люди постоянно находили на Урале самородки или золотой песок. Тем временем, «бугорщики» все еще по старинке разоряли древние курганы в поисках золота. Уже скоро надобность в этом отпала – в начале XIX века в России началась настоящая золотая лихорадка, и дошло до того, что даже золотоносные шахты остановили свою работу – зачем они нужны, когда золото лежит буквально под ногами?

К середине XIX века в стране добывалась половина всего мирового золота – масштабы возросли многократно. Вырос и золотой запас Российской Империи – к Первой мировой он составлял 1311 тонн золота или 1 миллиард 695 миллионов рублей, и являлся одним из самых крупных в мире.

Таяние золотых запасов

Война сильно уменьшила золотые запасы России. В Англию было отправлено 75 миллионов рублей, гарантирующих выплату военных кредитов. Еще 562 миллиона было перевезено в Канаду, тогда являющуюся частью Британской империи. Таким образом, к моменту захвата власти и банков большевиками, золотой запас страны составлял 1 миллиард 100 миллионов рублей.

Однако все деньги большевикам не достались – часть из них была предусмотрительно эвакуирована в 1915 году из Петрограда в Казань и другие города в тылу. Таким образом, только в Казани была сосредоточена половина всего золотого запаса.

Большевики попытались вывезти его, однако удалось взять лишь 100 ящиков – в августе 1918 года Казань захватили белые и их чехословацкие союзники. Так как через месяц, в ноябре 1918 адмирал Колчак был провозглашен Верховным правителем России, оставшееся в Казани золото стало именоваться «золотом Колчака». Белые завладели 650 миллионами рублей, что составляло примерно 490 тонн чистого золота в слитках и монетах: «Трофеи не поддаются подсчёту, захвачен золотой запас России в 650 миллионов».

Захваченное золото было частично перевезено на пароходах в Самару, столицу антибольшевистского Комитета членов Учредительного собрания. Из Самары золото переместилось в Уфу, а затем в Омск, где и поступило в непосредственное распоряжение правительства Колчака.

В 1919 году золото погрузили в вагоны и отправили по транссибирской магистрали, которая в то время контролировалась чешскими корпусами, утратившими доверие к адмиралу. Когда поезд с золотом прибыл на станцию Нижнеудинск, представители Антанты принудили адмирала Колчаса отречься от прав Верховного правителя и отдать золотой запас чехословацким формированиям. Колчака передали эсерам, а те отдали его большевистским властям, которые незамедлительно расстреляли адмирала. Чешские корпуса возвратили Советам 409 миллионов рублей в обмен на общение выпустить их из страны.

Но что же случилось с оставшимися 236 миллионами?

Куда исчезло золото Колчака?

По одной из версий, тот самый злополучный чехословацкий корпус и был вором недостающих миллионов. Когда чехи охраняли поезд с золотом, идущий из Омска в Иркутск, они воспользовались своим положением и выкрали деньги.

В подтверждение тому обычно приводят факт возникновения сразу после возвращения корпуса на родину крупнейшего "Легиабанка" – банка, основанного чешскими легионерами. Впрочем, подтверждений этому не находится, к тому же, пропавшего золота не могло хватить на основание этого учреждения.

Бывший зам. министра финансов в правительстве Колчака Новицкий обвинял чехов в краже 63 миллионов рублей, а некоторые немецкие оппозиционеры уверяли, что чехи выкрали 36 миллионов – все эти цифры не имеют под собой никакого источника в реальных исторических документах.

Еще одним доводом против чехов был факт помощи Чехословакией русским эмигрантам после Гражданской войны – на поддержку были выделены колоссальные суммы, которые, как считают конспирологи, были ранее украдены из золота Колчака. Однако, по самым скромным расчетам, суммы субсидий превышали даже пресловутые 63 миллиона.

Согласно другой версии, золото Колчака было спрятано по приказу самого адмирала. Среди возможных мест клада называют шлюз Марьина Грива в Обь-Енисейском канале, так как рядом с ним нашли захоронение пятисот белогвардейцев.

Еще одно место предполагаемого местонахождения золота Колчака – горы Сихоте-Алиня, в пещерах которого якобы находили золотые слитки. Доходят сообщения, что часть золота затопили в Иртыше, а иные считают, что чешские корпуса столкнули часть вагонов с золотом в Байкал, чтобы они не достались красным. В 2013 археолог Алексей Тиваненко сообщил о том, что ему удалось найти золото Колчака, спустившись на батискафе на дно озера Байкал: «Обнаружили между завалами мы 4 слитка. Всё это лежит между камнями, между шпалами».

Так или иначе, согласно слухам и легендам, золото белого адмирала непрестанно искали с 1920-х годов, как частные отряды, так и сталинские поисковые команды. И поиски продолжаются до сих пор.

Наиболее правдоподобную версию пропавшего золота выдвинул российский историк Олег Будницкий. Пресловутые 236 миллионов рублей, по его гипотезе, осели в иностранных банках в счет уплаты за вооружение и амуницию.

Ученый обработал множество архивов, находящихся в Стэнфорде, Нью-Йорке и Лидсе, и подсчитал, что правительство Колчака отправило за рубеж, в британские, французские и американские банки, около 195 миллионов золотых рублей. В обмен на золото белым предоставлялись кредиты, а также золото депонировалось для покупки в кредит оружия у американцев.

Финансисты Белого движения также активно закупали доллары для стабилизации финансовой ситуации. Оставшиеся деньги, 43 миллиона рублей, были захвачены атаманом Семеновым в поезде, направлявшемся из Омска во Владивосток, и золото было израсходовано на содержание войск, в том числе, на попытку привлечь на свою сторону монголов.

Таким образом, все якобы пропавшие колчаковские капиталы ушли на покрытие военных расходов и займы в иностранных банках.

Сергей Зотов

ИСТОЧНИК...